Языком взбесившегося колокола
сердце моё бьётся вдоль груди…
Сон прервался на тревожной ноте…
Страх не отпускает…
Уходи!
Прочь…Языком взбесившегося колокола
сердце моё бьётся вдоль груди…
Сон прервался на тревожной ноте…
Страх не отпускает…
Уходи!
Прочь уйди ночное наваждение
в скалы голые, на сухостойный лес.
Эти сны, что снятся в полнолуние,
нагоняет злобный мерзкий бес.
Эти сны болотною морокою
нагнетают ужасы и страх.
В них несчастье начинают склокою,
и кончают кровью на ножах.
Троллями и лешими с кикиморой
в полнолуние мои приходят сны;
страшными хромыми мойдадырами,
зеркалами ложной кривизны.
Что ни сон, то встреча с новым триллером.
На ночь валерьянка под язык.
Назвала я полнолунье — киллером.
Мой ночной палач ко мне — привык…
