Четыре недели Лежали пельмени В холодной одной  Морозилке.Страшилки травили друг другу по кругупро нож И про острые вилки. И так бы они еще долго лежали,Да только пельмени ужасно усталивсё время  охать , и ахать.это  совсем не от холода даже,  От ужаса.Уф-ф-ф. И от  страха.

Тревожно, громко птичка золотаязвенит истошно, бьется у окна,о чем скорбит так трепетно благая,когда вокруг цветущая весна. Она поет, что дети вырастая,исполнят предназначенную роль,своих родных любимейших теряя,такую, как и мы, потерпят боль.

Солнце будет палить все наши чувства.Ночь одурманит сердца звездной пылью заботы.Мы отдадим все сомнения в лапы безумству.Солнце — наша печаль и наша свобода.

Деньги в бумажнике переговаривались через кожаную перегородку: «Вы слышали, он опять сегодня сказал, что все в этом мире купить может. И он думает, что это он покупает!  Это мы душу его купили, а он теперь живет для нас, работает ради нас, любит лишь наше монетное да бумажное могущество»!

Белые вороны решили жить вместе, одной стаей. -Чем будем ласточек да сорок удивлять? — Давайте возьмем к себе одну черную ворону, пусть она теперь на нашем фоне выделяется, а мы отдохнем да поживем спокойно без этих вечных криков «смотри! смотри!»

Старому чемодану надоело лежать на антресолях: «Как я мечтал о высоте,  смотреть на всех сверху вниз! Набивали вещами — не жаловался, терпел давление ногами в бока. Наконец-то дожил до вершины в карьере – выше всех, на мир смотрю со своей колокольни ( замучил уже этот звонок дверной). А что дальше?Забит хламом, того и гляди замки …

Однажды утром на рассветеИли знойным летним днемВозможно в сумеречном полусветеУвижу я тебя  живьем. И правда, мы с тобой уже не детиНе будем прятать робкий взглядВозможно, поздороваемся вместеА может просто так… кивнем И вроде было все так простоДружили мы с тобой вдвоемСекретов между нами были сотниШептались по углам, как-будто все нам ни почём Но как- то …

Лето, прощай!Здравствуй, осень!Ты как всегда вовремя. Я ждал тебяИ ты пришла в гости,Чтобы вновь потом уйти. Лето тоже еще будет.Может бытьБудет еще море И мы, довольные жизнью,Будем радоватьсяЕще.