(не трагикомедия в 7 картинах)
Действующие лица:
1. Вениамин (Веня) Красильников, русый атлет, москвич.
2. Добрыня (Доня) Перельмутер,…(не трагикомедия в 7 картинах)
Действующие лица:
1. Вениамин (Веня) Красильников, русый атлет, москвич.
2. Добрыня (Доня) Перельмутер, долговязый сутулый курчавый брюнет, москвич.
3. Давид (Дато) Иорамишвили, московский грузин, голубоглазый брюнет неспортивного сложения, гуляка, весельчак, романтик, говорит без акцента, но часто валяет дурака и говорит с грузинским акцентом.
4. Софья (Соня) Кац, кудрявая брюнетка из Питера.
5. Лёля (Оля) Беневоленская, шатенка, рокерша из Челябинска.
6. Оксана Попко, блондинка из Краснодара.
7. Есфирь Семеновна (баба Фира), бабушка Добрыни.
Семь голосов по телефону: 2 юношеских мужских, 2 юных дамских, 1 мальчика, 2 девочек.
Картина первая:
Тусовка в молодёжном кафе. За окнами темно. Грохочут стерео динамики, световые установки работают в ритм музыке, в центре зала танцующие ноги, руки и головы фиксируются ритмическими вспышками света. Три красивых, по-разному, девушки сидят за столиком и оживленно болтают, перекрикивая галдёж и шум зала. Перед ними три креманки с мороженым.
Лёля:
(Обращается к подругам)
Вчера красавца склеила в общаге
У нас из параллельного потока…
Дал задний ход буквально…
(Сделала паузу и пошевелила губами, будто выругалась)
в шаге…
Оксана:
С красавцами всегда одна морока!
А как, подруга, ты его бомбила?
Лёля:
Столкнулась в кухне бампером на встречке,
На борщ к себе в коморку затащила…
Ни бе, ни ме… хотя торчал, как свечка…
В клубок скукожился весь… прямо, ёж…
Оксана:
Неопытный попался очень, видно?
Что, Лёля, с первокурсника возьмёшь?
Соня:
Ой, девочки, ну как же вам не стыдно?
Оксана:
Опять ты, Соня, принципы свои…
Учёба… книги… жизнь всю на потом…
Спустись с небес, в реальность посмотри!
Остаться хочешь синим, блин, чулком?
Лёля:
А хуже, если встретится дебил.
Таким, как ты, влюбиться в них везёт.
(В кафе входит компания из трёх парней. Лёлин взгляд, вдруг, замер в их направлении).
У-у, ё-ё! Блондин… тащусь я, нету сил…
Оксана:
Где?
Лёля:
Вон тот… с очкастым шнобелем идёт…
Соня:
Нельзя так, Лёля! Разве не обидно?!
Лёля:
А что такого? Не врублюсь я, Сонь…
(Обращается к зрительному залу)
Очки… в глазах печаль… Чего, не видно?
Не вышел в торс… внутри, верняк, огонь…
Оксана:
(Обращается к зрительному залу)
И на ветру, как слон, ушами машет…
(Обращается к Соне)
А хобот, глянь-ка… Сонька… симпатичный!
(Картавит, подражая еврейскому говорку)
Да, сто пгоцентов, мальчик весь из ваших!
(Три вошедших парня тем временем усаживаются у барной стойки и заказывают себе напитки. Один из них, кавказской наружности, поймал взгляд Лёли и не садится, смотря в сторону девушек)
Соня:
Остановитесь!.. Это ж неприлично!
У вас всё время на уме одно!
Что сессия, не помним, на носу?
И как сдадим, так мне не всё равно!
Оксана:
Молчи уже в сопелочку, просю!
Куда нам до тебя, периферийным!
Не тот прикид, манеры, макияж!
А выпендрёжу столько?! Аж, противно!
Леля:
(Обращается к зрительному залу)
Москва… пардон… фарцуй любую блажь,
Хотя Москва совсем не заграница!
Оксана:
(Обращается к зрительному залу)
Прикиньте, как же надо кувыркаться,
Чтоб только зацепиться за столицу…
Лёля:
(Обращается к зрительному залу)
С прописочкой окучить и остаться.
(Обращается к Соне)
И вы приезжим, точно, не пример…
За дело мы не в шоке от порнушки…
Оксана:
В плену ты, Сонь, тургеневских манер,
Глядишься, как столичные лохушки.
Соня:
(Язвительно картавит, тоже подражая еврейскому говорку)
А знаете, подгуги, в чём подвох?
Югистам, вам, не кажется ли стганным
Не понимать значенья слова «ЛОХ»?!
Лёля и Оксана:
(Вместе, скептически)
Ну?
Соня:
(Назидательно, без говорка)
«Лицо, обманутое хулиганом»…
(К столику подходит молодой человек из вошедшей компании по имени Дато, который, услышав последнюю фразу, останавливается и, продолжая тему, обращается к Соне.)
Давид:
Позвольте, девушка, словечко мне воткнуть,
Лицо у вас… пардон, услышал фразу…
Так хулигану просто обмануть!
(Обращается, разводя руками, ко всей девичьей компании, которая на него возмущенно посмотрела)
Я умоляю… не гоните сразу!
(Затем, придуриваясь, говорит с грузинским акцентом):
Красавицы, меня зовут Дато!
Спустился я с вершин Кавказских гор!
Немножечко не русский, но зато
Имею двух друзей, как на подбор!
Лёля:
(Парирует)
Зря, видно, с гор ты к нам, джигит, спускался…
Здесь не дают столичное жильё,
И в данном случае, ты облажался,
Мы из общаги, окромя неё…
(Указывает на Соню)
Давид:
(Всё-ещё с акцентом)
Зачем отшить вы так категорично,
А я пришёл к вам с миром, между прочим…
(Дальше уже без акцента)
Вон тот москвич, заметьте, атлэтичный,
И вундеркинд в очках, весь непорочный,
Мои, с пелёнок, лучшие друзья.
И вы, скажу вам, девочки, отпад…
Три на троих, тут отрицать нельзя,
Получим идеальный мы расклад!
Лёля:
(Внимательно смотрит на Дато, потом картинно поворачивает голову в сторону ребят и, глядя на Веню, задумчиво говорит, растягивая каждое слово)
Москвич? Ну, что ж… меняет это дело…
Видать, судьба мне – от любви пропасть…
(Медленно возвращает свой взгляд на Дато)
Швартуй, Дато, к Оксанке своё тело.
(Кивает в сторону Оксаны, та смотрит на него оценивающим взглядом и удовлетворенно кивает).
А Соньке шнобель тот, очковый, в масть …
(Глядит в упор на Соню)
Соня:
(Возмущённо)
Опять ты, Лёля! Правда, я обижусь!
Лёля:
(Соне)
Ты лучше рассмотри его поближе,
Всё для тебя, волны не поднимай.
Расклад реально выпал идеальный…
Давид:
Добрыня, Веня, подходи, давай!
(Дато подзывает друзей, те подходят с бутылкой шампанского и бокалами, и он их знакомит с девушками)
Закончим с частью, так сказать, формальной.
(Показывает на Красильникова)
Вениамин… заметьте, из славян…
(Показывает на Перельмутера)
А вот Добрыня… из наоборот.
Талантлив жуть, имеет сей изъян,
(Обращаясь к Соне)
Как весь ваш богоизбранный народ.
Встань ровно, Доня, не сутуль объект,
И сделай дамам умное лицо,
А то ведь не поверят в интеллект…
Вениамин:
(Обращается к Дато)
Кончай, давай, подкалывать, кацо…
Давид:
Заканчиваем, друг, а не кончаем…
Нам, всяким инородцам, так обидно,
Что русских языку их обучаем!
Соня:
(Обращается к Дато)
Как вам друзей так оскорблять не стыдно?
Давид:
Таки, простите, Сонечка, момент…
Позвольте, девочки, представить вас…
Оксана, Лёля, наш вам комплимент,
И Соня – для Добрыни спецзаказ…
Соня:
Да, сами спецзаказ вы для блондинки…
(Бросает взгляд на Оксану, потом резко поднимается со стула и представляется Добрыне)
Я Соня Кац. Пойдёмте танцевать…
(Берет Добрыню под руку и уводит на танцевальную площадку)
Оксана:
(Вслед уходящей паре, удивлённо обращаясь к Лёле)
Ну, ни фига себе, вообще, картинка?
Она из кокона, вдруг, стала вылезать…
(Обращается к Дато)
Случайно не Давид вы Купюрфильд?
Давид:
Не будем поднимать вопрос купюр,
Как говорится, ну его на фильд.
(Галантно кланяется и подает ей руку)
Позвольте лучше, мисс, на танца тур…
(Оксану игриво протягивает ему руку, поднимается, и они в танце перемещаются на танцплощадку)
Вениамин:
(Обращается к Лёле)
Не возражаете, присяду с вами рядом?..
(Подсаживается к Лёле)
Я к танцам равнодушен.
Лёля:
Не неволю.
Вениамин:
(Наливает содержимое бутылки в два бокала)
Ну, Лёля, за знакомство!
(Разливает от волнения немного мимо своего бокала)
Непорядок…
Лёля:
По документам я вообще-то Оля…
А что тебя так странно окрестили?
Ну, не по-русски… я прошу прощенья…
Вениамин:
А что тут странного? Определили
По святцам имя в церкви при крещеньи.
(Поднимают свои бокалы и чокаются.
Заиграла медленная романтическая мелодия. Соня с Добрыней скованно танцуют, едва прикасаясь один к другому. Добрыня смущается, и Соня берёт инициативу в свои руки. На них локализуется луч света, свет остальной части сцены приглушен. Но видно, что Дато с Оксаной обнялись в танце, а Веня с Лёлей остаются за столиком и начинают неспешный разговор. Луч света выделяет Соню с Добрыней)
Соня:
Я питерская, здесь живу у тёти,
На юридический недавно поступила…
Добрыня:
(Стесняясь)
Мне можно звать вас Сонечкой? Не против?
Соня:
Конечно, нет! По мне так, даже, мило.
Скажите, почему, мне интересно,
Родители назвали вас Добрыня?
В еврейских семьях, что-то неизвестно,
Чтоб мальчикам давали это имя.
Оно звучит для нас немного странно…
Добрыня:
(Сбивчиво)
Да, да… Мой папа, Сонечка, хотел
Судьбу для сына сторговать обманом.
Домашних тоже убедить сумел,
Что, если им держаться его плану,
И дать ребенку имя из былины
(Пафосно)
Тогда он вырастет с былинным ликом…
Богатырём…
(Снова сбивчиво)
известной всем картины.
Короче, все смирились с этим бзиком,
Бабуля стала предлагать Илюшу,
А мама продвигала Алексея,
Но папа не хотел их даже слушать.
Таких богатырей среди евреев
Тьма наплодилось, говорил он, ныне!
И те сдались, уж больше с ним не споря,
Когда он записал меня Добрыней.
Вот, Сонечка, и мучаюсь с тех пор я.
Соня:
А почему? Подумаешь, Добрыня…
К деталям если очень не цепляться,
Вполне нормальное такое имя…
Добрыня:
Но надо мною стали издеваться!
И, честно, повод есть… без дураков…
Мой дед был, как еврей из анекдота
От шляпы до засаленных портков.
Над ним все потешались до икоты.
И он, конечно, папе не хотел
Передавать насмешки по наследству.
Прикидывал так-сяк, крутил, вертел…
А я как будто прокаженный с детства…
Соня:
Что ж дед придумал жуткого такого?
Добрыня:
Да намудрил, как белой ниткой шито…
Что ожидать с обычного портного?
Назвал ребёнка именем Никита
И думал, сына от проблем избавил…
Но внуку капитально удружил…
Насмешек над Никитой не убавил,
А под меня гранату заложил.
Я, стало быть, Добрыня да Никитич,
Как русский витязь…
Соня:
Ну, и что такого?
Добрыня:
Так при своей фактуре и обличье,
Ухмылку вызываю у любого,
Особенно, знакомятся когда.
Друзья мне с детства кличку Доня дали,
Она так и прилипла навсегда…
И, даже, папа с мамой так же звали.
Соня:
Что значит звали?
Добрыня:
Так уж получилось…
Я был мальчишкой, в классе во втором,
Когда скала в горах на них свалилась,
А мы остались с бабушкой вдвоём.
Родители болели альпинизмом
И в отпуск свой рванули на Кавказ,
Во время этой самой катаклизмы,
Они по склону вверх ползли как раз…
К нам по приезде их друзья пришли,
Как там и что в деталях рассказали,
Тела в ущелье так и не нашли,
А нам, спасибо, после помогали.
Соня:
Печальная история… Не знаю,
Что даже в утешение сказать?
Я, честно говоря, не представляю,
Как это потерять отца и мать…
Но жизнь течёт и не стоит на месте.
А лучше расскажи, что за ребята,
С которыми пришёл сюда ты вместе?
Компания довольно странновата…
(Добрыня и Соня уходят в танце в тень. Луч прожектора выхватывает танцующих Дато и Оксану)
Давид:
Оксаночка, безумно вы красивы!
(включает грузинский акцент)
От вас, буквально, с первый взгляд, тащусь!
Оксана:
Как вы галантны, право, и учтивы…
От комплиментов ваших я смущусь…
А что у вас за странная компашка?
Не врёте? Вы, действительно, друзья?
Давид:
Я недоверием обижен вашим!
Джигита, леди, оскорблять нельзя!
Оксана:
Простите, князь, меня, простолюдинку,
Не набралась в провинции манер…
В почтенья знак, я сдую с вас пылинку…
Давид:
Весьма похвальный поведения пример…
Ошиблись вы – не князь я, азнаур!
Оксана :
А с чем сей фрукт едят? Небось, с ткемали?
Давид:
Вай ме?!
(Дато от изумления вытаращил глаза)
Оксана :
Нельзя, князь, гневаться на дур,
Коль что не так…
Давид:
Ну, вы, пардон, и дали!..
Оксана:
(Игриво)
Пока что нет!
Давид:
(Как-будто незаметил игривого намёка)
Сие есть – дворянин!
(Назидательно, хвастливо)
Так в Грузии дворяне назывались,
И в этом обществе я здесь такой один,
Потомок с древними корнями рода,
Что сделаешь, Оксаночка, природа…
Оксана:
(Прерывает)
Всё поняла. Ну, так откуда взялись
Такие колоритные друзья?
Простите любопытную нахалку…
Давид:
У вас напор, как в блице у ферзя…
Всё просто! Из одной мы коммуналки!
(Дато и Оксана уходят в танце в тень. Луч прожектора выхватывает сидящих за столиком Вениамина и Ольгу)
Вениамин:
Да, с Донькой мы друзья ещё с пелёнок…
Нас на горшки, мы в салочки играть,
Сначала А-А-А из всех силёнок,
Наложим, и давай на них гонять…
Но на дворе с ним вечная фигня,
Ему подраться силы не хватало,
Как сунется из дома без меня,
От пацанов, считай, перепадало.
Я был всегда покрепче и повыше,
А с возрастом в мышцАх набрал объём,
Раз брата нет, он и заполнил нишу,
С тех пор повсюду шастали вдвоём.
От этой дружбы каждый был в наваре,
Я сироту по-братски защищал,
Его обидчикам стучал по фаре…
А он – ботаник… списывать давал…
Семья Давида позже подселилась,
Сосед, их дед, преставился тогда…
И наша двойка в тройку превратилась…
Так, до сих пор мы – не разлей вода…
Лёля:
Скажу, на вид прикольная бригада:
Ботаник, терминатор и грузин.
Прости сарказм. Я встрече нашей рада.
С родителями чалишься? Один?
Не осуждай нас девочек с юрфака,
Блатной жаргон специфика системы,
А русский мат и импортные факи
Для Сонечки лишь острая проблема…
Вениамин:
Да, ладно, просекаю, не курсистки…
Но ваша Соня явная зануда,
И то не то, и это не оттуда,
Зато, небось, крутая активистка,
Чему-нибудь все время поучает,
Хотя не факт, что в жизни что-то смыслит.
(Второй луч прожектора выхватывает танцующих Соню и Доню. Вениамин смотрит на них и говорит: )
Пропал наш Доня, глянь, как обнимает…
Лёля:
И та на нём, как вишенка, повисла…
Ты мой вопрос оставил без ответа…
(Танцующие Соня и Доня никого не замечают и Доня продолжает свой рассказ.)
Добрыня:
А наша с пацанами коммуналка
Напоминает мне общагу, где-то…
Их родоки оставили там свалку,
Когда себе квартиры накупили…
Вениамин:
Я, Оль, самостоятельный мужчина.
Чуть меньше года, как шнурки свалили…
Лёля:
(Глядя влюблено на Веню)
Увы, для сожаленья нет причины…
Добрыня:
(Продолжает свой рассказ)
Моя бабуля нас к порядку приучает,
Готовит всем, согласно прейскуранту,
И покупать продукты заставляет…
В общаге нашей вроде коменданта.
(Освещается вся сцена)
Давид:
Проснитесь все! Минуточку вниманья!
(Показывает себе на висок)
Тут у меня родИлось предложенье!
В ответ надеюсь встретить пониманье
Возможно, даже, где-то, одобренье!
Что здесь вокруг да около всё ходим
В прокуренной и вредной атмосфере?
Давайте лучше старый год проводим
В условиях комфортных, на хавере!
Оксана:
Я, тётки, за!
Лёля:
И я не буду против…
Что скажет мудмазель из Ленинграда?
Добрыня:
Да, соглашайся Сонь!
Оксана:
Щас поколотим!
Добрыня:
И бабушка нам будет очень рада!
Соня:
Я не могу. Сегодня не суббота…
Уже почти одиннадцать часов…
А тёте рано утром на работу…
Она закроет двери на засов…
Да, и вообще, родителей расстроит,
Когда звонить они ей завтра будут…
Добрыня:
Ты не волнуйся, бабушка прикроет!
Вениамин:
Вы, Софья Кац, простите, просто чудо…
Компанию хотя бы не ломайте!
Добрыня:
Я провожу по первому желанью…
Соня:
Не знаю! Доня! Только обещайте,
Что перед тётей будет оправданье…
Добрыня:
Конечно, Сонечка…
Давид:
Так, полетели.
Разбились, как положено, по парам…
Пальтишки, шапки быстренько надели…
Вениамин:
Возьми, кацо, шампанского из бара!
(Вся компания быстро одевается и вываливает из двери кафе, Дато хватает у бармена по две бутылки в каждую руку шампанского и выбегает следом.)
Картина вторая:
Типичная московская коммуналка конца восьмидесятых годов двадцатого века: длинный коридор, слева кухонный стол, стулья, табуретки. В левом торце коридора приоткрытая дверь в комнату бабушки и дверь в санузел, на стенке висит настенный телефонный аппарат. Вдоль коридора три двери в комнаты ребят. В коридоре кругом хлам, на гвоздях висят три детских велосипеда.
Длинный звонок в дверь. Бабушка Фира выходит из своей комнаты и быстро семенит к входной двери.
Бабушка Фира:
Как там, в известной арии поётся:
Уж полночь близится, а Дони нет.
Сейчас, небось, команда вся припрётся.
Голодные. Согрею им обед.
Кто там!
Из-за двери:
Свои, бабуля!
Открывайте!
А то тут с голодухи все помрём!
Бабушка Фира:
(Открывает дверь, видит девушек. От неожиданности восклицает)
Ой, девочки?!
Давид:
Подружек принимайте.
Мы ненадолго, только чай попьём!
(Дато проходит в кухню и ставит на стол шампанское. Последними входят Доня с Соней)
Добрыня:
Знакомься бабушка. А это
Бабушка Фира:
Соня.
(Погладила её двумя руками по волосам)
Её никак не могут звать иначе.
Соня:
Вы угадали. А про вас мне Доня…
Бабушка Фира:
Поверьте, Сонечка, он чудный мальчик…
Давай-ка, девочка, сюда своё пальтишко,
А вы, мальчишки, гостьям помогите!
Порадовали бабу Фиру, ишь как…
И быстренько на кухню проходите…
(Бабушка начинает суетиться, достает из шкафчика на стол бокалы, с чем-то тарелки и т.п.)
Лёля:
Ой, баба Фира, мы не очень рано?
Бабушка Фира:
Я обожаю, девочки, тусить.
Лёля:
Меня звать Лёля, а её Оксана,
Я поняла… нам можно не спешить…
Мы учимся все трое на юрфаке,
С Оксанкой в общежитие живём,
А вот за Соню надо бы спеть враки,
Поскольку её тётку напряжём.
Добрыня:
Да. Бабушка, могла б по телефону
Ты тётке что-нибудь её наврать…
А то у нас появятся препоны,
Что если правду всю ей рассказать.
Бабушка Фира:
Да не проблема, Соня, наберите
На этом вот реликте тётин номер…
А вы, мальчишки, тихо, не басите.
(Обращается к Соне)
Как звать её?
(Соня шепчет имя на ухо и протягивает ей трубку телефона)
Давид:
Баб Фир?
Бабушка Фира:
Давидик, помер!
(В телефон)
Розалия, простите, это Фира!
Я бабка дру… подруги Сони вашей…
Она вам позвонить меня просила…
Как звать подругу? Добр… (спохватившись) Доняшей…
(Слушает в трубку)
Весь день в занятиях, у них зачёт,
Кругом тетрадки, книжки, так серьёзно,
Что потеряли времени мы счёт,
А спохватились, смотрим, очень поздно…
Нет! Нет! Я предложила ей остаться,
Чтоб проводить, так в доме нет мужчины…
А как одной ей ночью добираться?..
Дать Соню?
Соня:
(В телефон)
Не волнуйся, нет причины…
С утра зачёт… да… буду, как обычно…
(Дато, наливая шампанское, случайно зазвенел бокалами)
Сейчас пьём чай… потом на боковую…
Даю…
(Передаёт трубку бабушке Фире)
Вас, бабушка…
Бабушка Фира:
Звонить? Прилично…
Вполне в любое время дня и ночи…
Вы номер запишИте, я диктую…
(Отворачивается от зрителя и тихо диктует в трубку. Все постепенно усаживаются за стол. Дато наливает в бокалы шампанское.)
Оксана:
О, как же, Сонька, врёшь ты непорочно…
Давид:
Препонов больше нет! Тогда тостую!
Друзья мои! Девчонки! Баба Фира!
Хоть новый год ещё через неделю,
Торжественный наш митинг на квартире
Позвольте мне открыть!
Вениамин:
Ну, пустомеля!
Давид:
Нам с вами повезло жить в перестройку,
Гадать не будем, чем нас тюкнут снова,
В год лошади влетят две новых тройки,
(Показывает пальцем на трёх девочек и трёх мальчиков)
И вместе все поржут над Горбачёвым!
Но, а пока не буду лить я грязи,
Напомним вехи мы в прошедшем годе,
И сразу бы хотелось в этой связи
Отметить, что мы с Веней встали вроде
В строй самых привлекательных мужчин.
Не задирайте дорогой мой нос.
Я поясню. Есть несколько причин.
И первое. Квартирный снят вопрос!
В шедевре, помните, литературном
Московские описывались нравы…
Жилплощадь и падение культуры…
Как персонажи эти были правы…
Вениамин:
Ну, ты и закрутил, балтуношвили…
Давид:
Так, нам от предков выпали подарки,
Когда себе квартиры прикупили,
Оставив по «дворцу» здесь в коммуналке.
За это сразу выпьем все по первой.
(Все выпивают шампанского. Дато сразу наливает под следующий тост).
Я к теме два перехожу без спеха…
Добрыня, брат, не дёргайся так нервно,
Но речь продолжу о твоих успехах.
Соня:
Да, интересно было бы послушать.
Добрыня:
Язык, как говорится, без костей.
Он много говорит. Давайте кушать.
Давид:
Не отвлекай прозаикой гостей.
Не делай из собрания скучищу.
Я говорю вам, ни о чём попало,
Питаю, так сказать, духовной пищей.
Вениамин:
Но все ж покушать тоже не мешало б.
Давид:
Кормитесь, так и быть, я продолжаю.
То ли заслуженно, а то ли сдуру,
Второй бокал за это поднимаю…
Добрыня поступил в аспирантуру!
Вот перед нами будущий светило
В какой науке мне представить сложно.
Вам, Сонечка, с ним очень подфартило.
Так, выпьем же за Доню, если можно.
(Все выпивают, а Соня только пригубляет шампанского).
Я, девушка, прошу нас удостоить
И выпить за Добрыню до конца.
Соня:
Я не могу.
Давид:
Хотите нас расстроить.
А то не будет счастья у мальца.
(Заставляют Соню допить бокал. Дато опять разливает по бокалам)
Бабушка Фира:
Давидик, вам не кажется, частит?
Вениамин:
Да все нормально вроде, баба Фира.
Бабушка Фира:
Ну, молодёжь, пока он говорит,
Пойду-ка на ночь выпью я кефира…
Давид:
Баб Фир, за вас не поднимали тоста,
Мы вам желаем крепкого здоровья,
Живите долго, радуйте лет дО ста,
И пьём за вас до дна всем поголовьем.
Бабушка Фира:
Ух, хитроман, поймать решил вас в сеть…
Льёт, девочки, в бокалы не компотик…
Не вляпайтесь!
Лёля:
Есть смысл не перебдеть.
Мы сами, честно говоря, не против.
Соня:
(Напилась и расчувствовалась)
Налейте мне! И я хочу сказать!
(Сама наливает себе шампанского)
Вы, бабушка, такая золотая,
Нас, правда, привечаете, как мать!
Нет лучше! Вы – как бабушка родная!
За вас!
(Выпивает и неуклюже плюхается на стул, Доня её поддерживает, она смотрит блуждающим взглядом на Доню).
Меня куда-то кто-то тянет.
Лёля:
Тут кто-то среди нас уже набрался.
Бабушка Фира:
На, Сонечка, чайку, чуть-чуть оттянет…
(Обращается к Давиду)
Ты с выпивкой уже перестарался.
Давид:
Всё бабушка идёт согласно плану.
Да, девочки!
Оксана:
Не возражаем, вах!
Давид:
Ну, надралась тут девушка, не драма,
Она ж в надёжных Дониных руках…
(Бабушке Фире)
А что, у вас всё отличалось очень?
Признания, поэзия, романсы…
(Тем временем Соня положила голову Доне на плечо и сладко засопела.)
Бабушка Фира:
Естественно, возвышенней,… а впрочем,
Всё то же самое, лишь мелкие нюансы…
Всё это, молодёжь, старо, как Мир…
Пойду-ка лучше выпью свой кефир!
(Бабушка уходит в свою комнату)
Давид:
Пока наш символ нравственности Соня
Сопит на Доне, будто на диване
Продолжим экскурс в этот год, сегодня
Мы вспомним, что ещё случилось с нами…
Лёля:
Хочу привлечь вниманье ваше, Швили,
Хотя мы здесь у вас в квартире гости…
Давид:
(Перебивает)
К тому, что в МГУ вы поступили?!
Как раз за это именно мой тостик!
Я вижу ясно, в будущем в стране,
Всё лучшее достанется юристам,
Учёные окажутся в дерме,
Да, все… врачи, учителя, артисты…
Юристы оккупируют нас, братцы
Им шанс откроется среди лохОв
И неказистому, увы, добраться
До самых государственных верхов!
Спасибо Господу, что наша Соня
На лох не реагирует спросонья.
Скажу вам так, хоть я не аналитик,
Что будет жуткий спрос на адвокатов
И даже выдаст там один политик:
«Юрист – национальность его папы!»
Так выпьем же за девушек мы стоя!
Всем встать, бесперспективные невежды!
(Парни встают, Доня это делает довольно резко так, что Соня чуть не скатывается со стула и он её подхватывает и начинает усаживать на стул, а она кренится, то в одну сторону, то в другую. Соня потихоньку начинает приходить в себя)
Ты что? Вставай поосторожней, Доня!
Не урони родной страны надежду!
Соня:
В чём дело? Не таскай меня как вазу!
Добрыня:
Да не хотелось бы тебя разбить…
Ты, Сонечка, чего-то сникла сразу…
Соня:
Мне, честно, не случалось столько пить.
Давид:
(Обращается к Соне)
Публично я у вас прошу прощенья,
Не думал, что невинны вы настолько …
(Продолжает тост)
Итак, ещё немножечко терпенья,
Не всё о нас вам рассказал поскольку.
Скажу из скромности, друзья, краснея,
Что я, тут нет сомнений, точно сдуру,
Хотя в грузинах числюсь, не в евреях,
Но тоже поступил в ординатуру.
А вот наш старший брат могучий Веня,
Друг высшего, как говорится, сорта,
Который колет кулаком поленья,
Был удостоен званья «Мастер спорта».
Лёля:
Ну, судя по всему, в боях без правил?
Давид:
Нэт, нэт… на стену посмотри… что тУта?
Лёля:
Ты выбора в загадке не оставил…
Давид:
(Показывает на Веню):
Легенду видите спорт института!
Я горд знакомством с этим человеком!
Вениамин наш гений велотрека!
Не раз мы в нашем детстве по квартире
На этих самых вот велосипедах
От той двери гоняли до сортира…
(Показывает сначала на входную дверь, а потом на дверь санузла)
Кто первый въедет в туалет – победа.
Вениамин почти всегда был лучшим.
И я сейчас, мальчишки и девчонки,
Удачный очень выдался нам случай,
Устроить предлагаю велогонки
На наших детских великах по парам…
(Ребята снимают свои детские велосипеды со стены и выстраиваются в ряд, как на старте. Ближе к стене встал Вениамин, потом Дато, снаружи к зрителю Доня.)
Вениамин:
(Девочкам)
Садитесь, будем сзади вас держать!
Лёля:
А что? Весьма забавная запара!
(Лёля садится на велосипед Вени, тот наклоняется, стоя сзади, и упирается руками в руль. То же делают Оксана и Дато. Соня блуждающим взглядом оценивает велосипед Дони.)
Оксана:
И, Сонечка, не смей нам возражать!
(Соня, пошатываясь, устраивается на сидении велосипеда, Доня всё время её поддерживает.)
Соня:
Добрыня, пожалейте мои нервы…
Вениамин:
(Кричит бабушке Фире)
Баб Фира, из светёлки выходите!
(Появилась бабушка Фира)
Вы будете фиксировать кто первый!
Но только справедливо нас судите!
(Все пары, толкаясь на велосипедах, выстроились в ряд и ждут команды. Бабушка Фира стоит около двери туалета и поднимает руку, чтобы ей махнуть.)
Бабушка Фира:
Все приготовились… Внимание…
(Все рванули и завалились, устроив кучу малу)
Фальстарт!
Вы, молодежь, так не входите в раж!
Опять постройтесь ровненько. На старт…
Все приготовились… Вниманье… Марш!
(Все поехали. Вениамин, проезжая мимо первой по коридору двери, повернул в неё, пхнул велосипедом, дверь открылась, они с Лёлей въехали в неё и захлопнули за собой. Дато оглянулся, увидел это и сделал то же самое у второй по коридору двери. Бабушка, увидев происходящее, стала показывать Доне на третью дверь. Доня оглянулся, увидел, что сзади никого нет, всё понял и сделал то же самое)
Бабушка Фира:
(Повернулась к своей двери, напевая в зрительный зал)
Бандиты. Где мои семнадцать лет?
(Звонит телефон, бабушка Фира снимает трубку)
Есфирь Семёновна у аппарата…
Да, милая Розалия… привет…
Что делают? Да, видно, спят ре… девчата…
(В зал игриво, подмигивая и улыбаясь, закрыв ладонью микрофон трубки)
А может быть,… скорее всего, нет!
(Продолжает разговор)
Зашли подруги Дони по-соседству,
Чайку не очень крепкого напИлись,
Потом чего-то вспомнилось нам детство,
И, сознаЮсь, едва угомонились…
(Внимательно слушает в трубку)
Да… Сонечку?.. Ну, как не полюбить…
Доверчивая очень, вот в чём речь…
Вам непременно надо её бдить,
Чтоб от дурных компаний уберечь.
Она у нас ещё такой ребёнок…
(Внимательно слушает в трубку)
Конечно, да…
(Слушает)
Конечно, как родную,
Как будто знаю я её ещё с пелёнок…
(Слушает)
Да… Донечку?.. Естественно, балУю…
Он у меня, то есть она, девица…
Носила сплошь пятёрки, редко хор…
Один из лучших в школе… ученица…
(Слушает, закрыв микрофон трубки ладонью, говорит в зал)
Ну, тетушка у Сони? Прокурор!
(Продолжает разговор)
Сказала «он»? Ну, да, оговорилась…
«Он» к Доне с детства прилепилось,
Поскольку звали мы её пацанкой…
(Немного послушала и пытается быстро свернуть разговор)
А вы, что, Роза, поздно так не спите?
Бессонница? Взяла бы лихоманка…
Так, доброй ночи вам! Уже, звоните…
(Быстро вешает трубку)
Вот, к слову, видите ли, привязалась
Да что, да как, ну, некуда деваться,
(Обращается к залу)
Но согласитесь, я не проболталась…
Свидетель Бог, мозгам уж не семнадцать!
(Бабушка Фира уходит в свою комнату.
Из крайней правой двери выходит завёрнутая в плед Лёля с голыми плечами и ногами и садится к торцу стола боком к залу. Из следующей двери выходит Оксана в таком же виде и садится напротив. Они закуривают.)
Лёля:
Ну, что, подруга, кажется, сложилось…
Оксана:
Не отрицаю, тётка, подфартило,
А с Сонькой точно, клёво получилось,
Ботаник, просто, в масть попал нехило…
(Открывается третья дверь и оттуда выпархивает в таком же виде, как и девушки, Соня и заскакивает в туалет. Спускается вода унитаза. Выйдя из туалета, она радостно подсела к девочкам на третий стул лицом к залу.)
Соня:
Я пьяная от счастья!
Оксана:
Вот, беда?
Соня:
Не думала, насколько это сладко…
Спасибо, девочки…
(Расцеловала обеих подруг в щечки)
Пойду к нему…
(Пошла к левой двери, но её качнуло так, что она оказалась у средней двери, откуда вышла Оксана, и вошла в неё).
Оксана:
Куда?
Вломилась к моему! Ну, и повадки!
Лёля:
(Глядя на дверь, в которую зашла Соня)
Она пьяна, но не от счастья только.
Внесла разнообразие в наш митинг…
Оксана:
А что теперь мне с этим делать, Лёлька?
Лёля:
Так может мы?..
(По хулигански прищурилась)
Вы чейнджер не хотите?
Оксана:
Ха! Ха! А что? Мне Веню? Не фигОво…
Заметьте, что вы сами предложили…
Лёля:
Мы для подруги… завсегда готовы!
В интриге я, чем Соньку ублажили…
(Девушки крадучись зашли в комнаты: Оксана к Вене, а Лёля к Доне. Гаснет свет. В динамиках около минуты звучит романтическая музыка. Свет включается. Из правой комнаты выходит Оксана, из левой комнаты Лёля. Обе в таком же облачении, как и в предыдущем эпизоде. Садятся за столик и закуривают.)
Лёля:
Мы зря с тобой над мальчиком стебёмся,
Там есть реально от чего фигеть.
Давай теперь по Соньке разберёмся…
Ей ни гу-гу!
(Оксана сделала удивлённые глаза)
Нет, ни сейчас, ни впредь!
Оксана:
Теперь в интриге я… хоть твой не хуже…
Но как продолжить нам эксперимент.
Лёля:
С хедтриком, я боюсь, мы сядем в лужу.
Сегодня хватит, выдастся момент.
(Открывается средняя дверь и оттуда опять выпархивает в таком же виде, как и девушки, Соня и снова заскакивает в туалет. Выйдя из туалета, она опять радостно подсела к девочкам на третий стул лицом к залу.)
Соня:
(Немного настороженно)
Скажите мне, а что, всегда он разный?
Оксана:
Ты, Сонечка, сейчас нам вот об чём?
Соня:
Я опасаюсь вам казаться несуразной,
Но я, как понимаете, о нём!
(Показывает указательными пальцами двух рук, как обычно показывают длину отрезка)
Сначала мне он показался очень…
Потом другим… Шампанского налей…
(Соня подставляет бокал для шампанского, Лёля наливает, Соня выпивает)
Я не хочу казаться вам порочной,
Но в первый раз всё было посильней!
Лёля:
А я, что говорила?
Соня:
Вы, про что тут?
Оксана:
Интрига меня стала разбирать…
Мне тоже изучить вопрос охота!
Лёля:
Успеешь, прекрати митинговать…
Соня:
Сейчас немного не трезва я, всё же
На вас всерьёз обижена, признаюсь…
Скрывать чего-то от подруг негоже,
Поэтому к Добрыне удаляюсь…
(Соня демонстративно встала и направилась в комнату, из которой вышла последний раз. Оксана вскакивает со стула, быстро подходит к двери Дато и придерживает её, а Соня пытается её открыть.)
Оксана:
Куда ты рвёшься, пьяная балда?
Соня:
Не ваше дело? К Доне пропустите!
Оксана:
Ошиблась адресом, тебе туда!
(Указывает на дверь Добрыни)
Соня:
Пусти! Что вы мне голову дурИте?
Я точно помню, вышла я отсюда!
Оксана:
Там, твой очкарик, ты глаза разуй!
Здесь спит Давид… Теперь в ту дверку дуй…
Соня (удивлённо):
Да? Очень странно… Больше пить не буду!
(Соня заходит в комнату Дони, Оксана и Лёля, облегчённо помахивая друг другу ручками, расходятся соответственно в комнату Дато и Вени. Гаснет свет)
Картина третья:
То же кафе, только на улице день и играет тихая спокойная музыка. Лёля, Оксана сидят за столиком и что-то серьёзно обсуждают. Перед ними три креманки с мороженым. Входит Соня и присоединяется к ним.
Лёля:
Теперь, когда все трое мы собрАлись,
Хочу я обсудить одну проблему.
На то похоже, что я доигралась…
Оксана:
Чего пугаешь нас? А что за тема?
Мне тоже есть, чем поделиться с вами…
Лёля:
Я думаю о том же?
Оксана:
Я не знаю.
Лёля:
Утратили мы бдительность с парнями?
Оксана:
Пока я это лишь предполагаю,
Хотя все признаки про это налицо!
Соня:
А что загадками вы говорите?
Лёля:
Каким Макаром известишь кацо?
Соня:
Так вы беременны, сказать хотите?
Лёля:
Да, Соня! До тебя, как до жирафа!
Соня:
(Задумчиво)
А по каким симптомам вы узнали?
Оксана:
Колись! И у тебя задержка, ФА-фа?!
Соня:
Но у меня такие случаи бывали…
Я ни придала этому значенья!
(Хватается за голову)
Что я родителям скажу, а тёте?!
Лёля:
Похоже, общее я выражаю мненье,
Что мы все трое, так сказать, в залёте!
Теперь нам надо для себя решить,
Что с этим делать, и на что рискнуть…
Я ничего не буду больше говорить,
Тут выбирает каждая свой путь…
Такая девочки у нас фигня…
Соня:
Ребёночка терять, я не согласна!
Лёля:
Да, честно говоря, и я…
Оксана:
И я…
Лёля:
Ну, что ж, родим! Тогда, единогласно?
Ещё бы обсудить одну нам тему,
Поскольку среди нас не все здесь в курсе…
Соня:
Не в курсе, видно, я. Что за проблема?
Лёля:
Она тебя шокирует, боюсь я…
Оксана:
Сказать по правде, Сонечка, той ночью,
Принять мы с Лёлькой не успели мер,
Ты к Додику ввалилась, между прочим!
Лёля:
Чем нам ты подала дурной пример!
Соня:
Сказать хотите, я спала с Давидом?
Лёля:
Да нет… распутница… не только с ним…
Не даст соврать безглазая Фемида,
Что ночь ты начала совсем с другим!
Оксана:
А мы махнулись, на тебя уж глядя,
Нельзя же так бросаться женихами…
Лёля:
Чтоб не было простоя…
Соня:
Ну, вы – б-б-б…!
Оксана:
Ну-ну-ну…
Соня:
Вам хоть понятно, что случилось с нами?!
Оксана:
Смотрите! И она ещё взбухает!..
Сама по пьяни дел понатворила!..
(Соня было открыла рот, чтобы что-то сказать)
Лёля:
Сонь, помолчи, тебя никто ни хает…
А то, что нас на подвиг вдохновила,
Так ты…
Соня:
И вы ещё мне… обвиненья?!
Ответьте мне конкретно на вопрос?!
Лёля:
Давай-ка прекратим мы эти пренья!
Какой с тебя девицы пьяной спрос?
Никто из них подмены не заметил…
Все были подшофе, в конце концов!
Поэтому решаем: наши дети
Не могут оставаться без отцов!
Соня:
А как теперь отцов определять?!
Лёля:
Никак, дурёха! Главное – молчать!
(Входную дверь распахивает Дато, весь таинственный и возбужденный.)
Давид:
Простите, что за шум, а драки нету!
Оксана:
Ты почему один?
Лёля:
Где остальные?
Давид:
(С акцентом)
Секрет полишинель! Идут с букэтом…
Корзинка целый розы чаевые!
Лёля:
По случаю какому? В чём примочка?
Давид:
(С акцентом)
Послюший, жэнщина, сейчас не до тебя!
Задача мой секрет хранить, и точка…
(Дато возвращается к двери, открывает её и держит, чтоб не закрылась. Входят Добрыня и Вениамин, внося вдвоём большую корзину красных роз, и ставят её перед Соней. Добрыня опускается на одно колено, достает маленькую шкатулочку, открывает её и протягивает Соне. В шкатулке поблескивает кольцо.)
Добрыня:
Прошу Вас, Софья, выйти замуж за меня!
(Девицы в шоке. Первая очнулась, как всегда, Лёля.)
Лёля:
(Соне)
Ну, вот! Проблемы нет! Чего молчишь?
От радости в зобу дыханье спёрло?
И новостью поделишься, глядишь?
Так каркни им во всё воронье горло!
Давид:
Вениамин, уймите вашу даму,
В её речах я чувствую опасность…
Похоже, нас тут ожидает драма!
Добрыня:
Так, Сонечка, скажи мне, ты согласна?
Соня:
Конечно, да! Прости, я просто в стрессе!
Ты, понимаешь, в чём ещё тут дело?
Лёля:
(Соне)
Смелее, Соня! Мы не на процессе!
Соня:
Мне кажется, я вроде залетела…
Лёля:
И, мальчики, как вам сказать не знаю,
У нас у всех по женской части сбои…
Давид:
А это, извини, что означает?
Оксана:
(Давиду)
Что залетели, дорогой, все трое!
Вениамин:
Да, ну? Вот это доложу вам пьеса…
Давид:
(Обращается в зал)
Как выход нам искать из этой сцены?
Лёля:
А раньше думать надо бы, балбесы!
Добрыня:
Женитесь, как и я, и нет проблемы!
Давид:
Так сразу? А родители, что скажут?
Вениамин:
(Задумчиво)
Ну, я не против… Оля, ты согласна?
Давид:
Здесь дело чести! Папа не откажет!
Скажи, Оксана, дети не опасно?
Картина четвёртая.
Прошло около десяти лет. У Сони мальчик Никита. У Лёли девочки Любочка и Светлана. У Оксаны мальчик Георгий.
Та же коммуналка. Велосипеды по-прежнему висят на стене. У плиты стоит Соня, чего-то готовит и жалуется зрительному залу, рассказывая о том, что произошло за прошедшие годы.
Соня:
Как надоело всё, уже нет силы
Терпеть мне этот быт и нищету…
Нытьём своим Добрыня тянет жилы,
Не выношу соседок и плиту!
Теснимся десять лет мы в коммуналке,
В несчастной этой тёмной комнатушке,
И эти две соседские нахалки
Юрфаканые, те ещё подружки…
Манерами своими так достали,
Особенно, мешочница Оксанка…
Дышать неровно, вроде, к Доньке стала,
Воркуют тут на кухне спозаранку…
Добрыня мой талантливый учёный,
Но в этом хаосе кому нужна наука,
А он, по правде говоря, никчёмный,
Но, вот, Оксана, доложу вам, штука!
В заочный перешла лет семь назад
И начала челночить из Китая.
Квартиру нашу превратила в склад,
Нас за людей вообще здесь не считая.
Куда не сунешься мешки кругом,
Такая тут, хоть вешайся, вонища!
Из коммуналки сделала дурдом!
Жить невозможно, как притон для нищих!
Несут, уносят, грузят, как на складе,
И люди незнакомые снуют!
Зато, сейчас она вся в шоколаде…
Похоже, куры денег не клюют!
Да, бог с ней! Скажете завидно?
Ну, да… хотя не подаю я вида…
Мне из-за Дони может быть обидно,
И, откровенно, жалко и Давида.
Они такие разные с Оксанкой,
В нём голубая кость, она лахудра,
Солидность видится в его осанке
И перспектива классного хирурга.
Он тоже мне не посторонний вроде,
Но случай тот с тех пор так и не всплыл.
Мелькнуло как-то общее в породе,
Когда мой сын с ним рядом проходил.
Чуть не забыла, в результате оргий
Того уж больно памятного дня,
Родился у Оксаны сын Георгий,
У Лёли Любочка, Никита у меня.
Сдается мне, что у Давида с Лёлей
Давным-давно уже возник роман.
Издержки тяжкой офицерской доли,
У нас ведь Веня вроде капитан,
И служит, думаю, в горячей точке,
Домой он только в отпуск приезжает,
А Лёлька родила вторую дочку,
Её Давид наш просто обожает.
Светланка, правда, славная девчушка,
Никитка возится с ней, как с сестрой…
Георгия, смотрю, на выстрел пушки…
А то от ревности и бьёт порой…
Всё это домыслы и размышленья…
Но как тогда подставили меня?..
И в этот раз присутствует сомненье,
Что дыма не бывает без огня.
(Грохнула входная дверь, в коридоре шум и шуршание.)
Оксанка вроде? Видеть не могу…
Чуть дверь с петель,… пойду,… разговорилась…
(Соня быстро направляется в свою комнату. Когда Соня практически зашла и начала закрывать за собой дверь, на сцену выходит, волоча две громадные челночные сумки, Оксана и чертыхается.)
Небось, вам Сонька тут несла пургу?
Уж лучше бы не ныла, а крутилась!
Столичных вас не очень-то исправить,
Вам только охать, ахать и трындеть,
Вы палец не ударите о палец…
Приезжие и будут вас иметь!
Работать надо, мозг не выносить,
Вон Сонька… своего уже достала…
А как ему с такой занудой жить?
Ведь сам он тоже приспособлен мало…
Работает в НИИ, преподаёт,
За нищенские грОши лямку тянет…
Нормально это? Он не идиёт?…
Хотя чего-то в нём реально манит!
Всё Лёлька, интриганка и зараза…
Меня своим «есть чем фигеть» подбила…
Не скрою, ДА, я офигела сразу,
Когда в соплях от Соньки подловила.
С тех пор мы втихаря так с ним и мутим…
Давида тоже, с Лёлькой засекла…
И узелок мы этот не раскрутим.
Линять пора, такие вот дела…
Давно смекнула, быт совместный гложет,
И скоро точно, тут не будет мира,
Так длиться бесконечно всё не может,
Поэтому купила я квартиру.
(У Оксаны звонит мобильный телефон, она отвечает)
Да… Я… вернулась… нет… не из Европы…
И что? Как, на хрен, зАлили соседа!?
Вам ноги мало выдернуть из жопы!
Сидите, ждите! Я сейчас приеду!
(Оксана хватает сумки и убегает, опять сильно хлопая дверью. Выходит Соня и, говоря, садится за кухонный стол)
Соня:
Ну, Слава Богу, кажется, исчезла.
Теперь, уж к ночи, видимо, придёт.
В кастрюльки, хорошо, мои не влезла…
Бывало, как приедет, всё сожрёт.
(Негромко открывается и закрывается входная дверь, входит элегантно одетая и чем-то озабоченная Лёля, махнула Соне рукой и зашла в правую комнату)
Соня:
(Взглянув на Лёлину дверь, продолжает)
Чего-то Лёлька появилась рано…
Обычно поздно вечером приходит,
Весь день её расписан, как в программе…
Расстроена, похоже, чем-то вроде.
Она бесспорный лидер среди нас.
Мужчины, даже, с ней не очень спорят.
И в нашем беспределе подалась
Нотариусом в мутную контору.
Наверняка пробьётся быстро в люди…
Завидую её служебной хватке…
Со временем начальницей там будет,
Устроится в комфорте и достатке.
(Выходит из своей комнаты, садится напротив Сони, закуривает)
Лёля:
Привет, подруга. Мужа не встречала?
Соня:
А что, он здесь?
Лёля:
Вчера приехал ночью.
Соня:
Что ж посидеть нас с Доней не позвАла?
Лёля:
Был с голодухи сильно озабочен!
На что привычна я, и то с ним чуть не сдохла…
А он, как зверь с цепи, давай, давай!
Соня:
Ну, что ты, Лёля, ведь ему там плохо!
Лёля:
А мне чего, от этого страдай?!
Его в войну играть не загоняли,
Сам от больших мозгов туда пошёл,
На тренерскую видите ль не взяли!
Соня:
Но там ему и впрямь нехорошо!
Лёля:
Коль сердобольная такая, слушай,
Бери его со всеми потрохами,
А после… одиночества покушай,
Тоску копи и складывай мешками…
С двумя детьми, как белка в колесе!
Где он сейчас? Куда пошёл? Кто знает?
Как надоели до печёнок все!
С однополчанами, небось, бухает!
Соня:
Ну, что ты говоришь? Не кипятись…
Лёля:
Да, ладно, Соня, не твоя забота…
В своих ты тараканах разберись…
А я пойду, пожалуй, на работу…
Там тоже стрёмных дел невпроворот…
Менты, бандиты лезут крышевать…
Вот где сгодился б этот обормот,
А он пары спустил и бузовать!
(Лёля поднялась и стала собираться уходить.)
Соня:
Мне кажется, что ты сгущаешь краски.
Он с фронта всё-таки, наверное, дела…
Лёля:
Завидую тебе, ты веришь в сказки,
А я про сказки уж давно всё поняла.
Кто при деньгах, тому и сказки в руки,
В особенности тем, кто у кормушки,
Лодчонка утлая, телег три штуки,
Под Монте-Карло огород с избушкой…
Да, кстати, Соня вам всем подфартило
Со сказочно порядочным соседом,
Я тут себе квартирку прикупила,
Ремонт закончила и завтра съеду.
Соня:
Квартиру?.. Собственную?.. Поздравляю!
Ну, ты тихушница! Я рада всё же…
Лёля:
Ой, Сонечка, тебя я умоляю…
А ты не в курсе, что Оксанка тоже?
Соня:
Что значит тоже?
Лёля:
Сделала квартиру…
Соня:
И словом не обмолвилась зараза!..
Лёля:
Тебе, подруга, дважды подфартило,
Две задницы исчезнут с кухни сразу…
Хотя, один у вас об этом знает.
Соня:
Что ты сейчас имеешь, Лёль, в виду?
Оксана что, Добрыню отбивает?
Лёля:
Всё образуется, поверь мне, я пойду,
У нас уже закончился обед…
Ты всё ж на мужа так не наседай…
(Лёля направляется к выходу, в это время негромко хлопает входная дверь и появляется Доня)
Лёля:
(Уходя Доне)
О?! Лёгок на помине. Ну, привет!
(Лёля и Доня дружески стукаются ладожками).
Желаю всего доброго, бывай!
( Лёля уходит.)
Соня:
Сегодня рано что-то… что случилось?
На… ешь… Я на работу… Мне звонили…
Добрыня:
Да, выиграть контракт не получилось,
С соседней кафедры его перехватили.
Соня:
И, стало быть, без денег мы опять…
А жить на что, платить нам за квартиру?
Я домработница! И даже мать!
Доить пенсионерку бабу Фиру?
Мужчина ты! Придумай что-нибудь!
Сын подрастает, и кормить вас надо!
Одеться тоже надо, не забудь!
Ждать снова перевод из Ленинграда!
Добрыня:
Нет Ленинграда, есть Санкт-Петербург!
Упрёками своими ты достала!
Я не магнат – нефтяник, металлург,
Простой доцент! И что ты ожидала?
Прикажешь мне на рынке торговать!
Я физик, Соня, не владелец банка!
Соня:
Добрыня! Как-то нужно выживать?
Добрыня:
Устроиться, прости, в ларёк к Оксанке?
Соня:
Насчёт Оксаны… У меня вопросы…
На ваши посиделки тут гляжу…
Ещё на то, как смотрит она косо,
Когда при ней на кухню захожу!
Такое создаётся впечатленье,
Что между вами явно что-то есть!
Добрыня:
Сонь, пощади!.. где запастись терпеньем?!
Спокойно дай хотя бы мне поесть!
Соня:
Ты, дорогой, уходишь от ответа…
А про её квартиру ты не знаешь?
Добрыня:
Причём квартира? Ты совсем?.. с приветом?!
С какого на меня-то наезжаешь?
Соня:
Ты не юли, ответь мне «да» иль «нет»!
Добрыня:
Допустим, да! И что теперь с того?
На ней сошёлся клином белый свет?
Соня:
И что с того? Конечно, ничего!
Одна лишь я об этом всём не знаю…
А может ты в гостях уж побывал?
Не против был бы, как я полагаю…
Добрыня:
Я мебель расставлять там помогал…
Соня:
Не может быть? И ты молчал об этом?
Добрыня:
Скажи тебе, ты б начала беситься,
Хотя считаетесь подруги, где то…
Соня:
И как давно у вас с ней это длится!
Добрыня:
Прошу тебя я, Соня, прекрати!
Соня:
Изменник! Враль! Всё время только брешешь!
Добрыня:
Ты на работу собиралась и кати!
Пойду к бабуле в комнату повешусь!
(Доня с шумом встаёт из-за стола, уходит в комнату бабушки, хлопает дверью и закрывается изнутри. Соня секунду растерянно постояла, резко вошла в свою комнату, взяла сумку и ушла, хлопнув входной дверью. Доня осторожно вышел и, убедившись, что никого нет, сел за стол, облокотился на него локтями и спрятал лицо в ладони, причитая про себя и мотая головой. Через некоторое время осторожно открывается входная дверь и входит Оксана. Она видит страдающего Доню, медленно подходит к столу, ставит сумку на стул, заходит сзади Дони и берет его за плечи. Тот вздрагивает и испуганно оглядывается, увидев Оксану, немного успокаивается)
Оксана:
Опять скандал супруга закатила?
Теперь, что было поводом дебатов?
А у меня строители, дебилы,
Бассейн устроили из нижней хаты…
Добрыня:
Ремонт квартиры сложная проблема…
А вот мою проблему как решать?!
Оксана:
Ты, как учёный, вечно весь в дилеммах…
Добрыня:
(Встаёт и поворачивается к ней лицом)
Мне, кажется, пора нам прекращать.
Оксана:
(Обнимает его и игриво прижимается)
Не хочется мине… уж привязалась…
Давидик мой вон с Лёлькой шебуршит…
Прости, что раньше над тобой стебалась…
О-о-о… чувствую, там у тебя шуршит…
(Тащит его в свою комнату)
Пойдёт, пока твоя дилемма смылась,
Соскучилась я на толкучках в Чайне.
(Дверь за ними закрывается. На сцене напряженная тишина около минуты. Тихо открывается входная дверь. Стараясь не создавать шума, входит Соня)
Соня:
(Шёпотом залу)
Всё ясно мне, они договорились,
И мой вернулся рано не случайно.
Не стала далеко я уходить,
Вела из парка скрытно наблюденье…
Хочу свои догадки подтвердить,
Застукать их на месте преступленья.
(Соня немного постояла, потом на цыпочках прошла до бабушкиной комнаты, заглянула в неё, осторожно открыла свою дверь и тоже закрыла. Потом также тихо подошла к комнате Оксаны и начала приоткрывать её, с ужасом увидела, что там происходит, и с грохотом захлопнула, закрыв свободной ладонью рот в мине, выражающей ужас и страдание. Она начинает рыдать. Из комнаты выходит полуодетая Оксана)
Оксана:
И что хотела ты достигнуть этим?
Соня:
Как ты могла? Считаешься подругой!
Оксана:
Вот большей дуры не видала я на свете…
Ты лучше б не скандалила с супругом…
(Открывается входная дверь, входит Вениамин. Соня рыдает.)
Вениамин:
(Шутливо)
У вас тут что?.. квартирная разборка?..
Здесь для комплекта Лёли не хватает…
(В это время Добрыня выходит из комнаты Оксаны, тоже немного не до конца одетый. Вениамин обращается к нему.)
А ты чего в чужой оставил норке?
Так… до меня, похоже, допирает…
Нельзя на фронт из дома отлучиться…
Я понял, почему мне там икалось.
Чего-то здесь неладное творится…
Скажите, это мне не показалось?
Вы что друзья?
(Открывается входная дверь. Появляются Лёля с Давидом, явно не ожидавшие общий сбор.)
Вот и жена с Давидом.
С ума вы в мирной жизни посходили?
Давид:
(Смотрит на полуодетых Оксану с Доней и открытую в свою комнату дверь и удивлённо на них показывает)
Не помешали? Это, что за виды?
Соня:
(Ехидно сквозь слёзы)
Мы их, простите, не предупредили
Придя не во время к себе домой!
Да, Додик, полюбуйся на супругу!
Тут, как бы, просится ответ простой:
Мой муж спит днём… как бы, с моей подругой!
Давид:
Полюбопытствую,… давно вы так?
Оксана:
Ты прокурора из себя не строй,
А то ведь тоже угодишь впросак,
За мной не заржавеет, дорогой!
Лёля:
Оставь её, Давид…
Вениамин:
(Лёле)
Не очень понял…
(Оксане)
Давай колись, Оксан, коль начала…
Не в курсе только я, небось, … и Соня…
Оксана:
(Обращается к Вене, показывая на Лёлю с Давидом)
А ты взгляни на них!
Вениамин:
Ну и дела!?
(К Лёле)
Вы тоже?
Лёля:
Что?
Вениамин:
Что как Оксана с Доней?
Два голубка! Не разберусь пока…
Давид:
Вениамин, та нас неверно понял…
Вениамин:
Да не держите вы меня за дурака!
Лёля:
Ну, ладно, раз пошла такая пьянка…
Играл бы дольше ты в свою войнушку,
Раз в год домой, и то одна гулянка…
А мне что… вешаться одной… в психушку?
Соня:
Как вам не стыдно?
Лёля:
Снова за своё?!
Разобралась в своих бы тараканах…
Давид:
(Обращается к Добрыне)
Давно у вас с Оксаной? Ё-моё…
(Добрыня пожимает плечами)
Оксана:
(Давиду)
Не строй, кацо, наивного барана!
Попал ты раньше с Лёлечкой впросак,
А мы поддались вашим искушеньям…
Давид:
Кругом я виноват! Но если так…
Лёля:
(Давиду)
В конце концов, пора принять решенье.
Вениамин:
О чём?
Давид:
(Вениамину)
Вениамин, не обессудь,
Твоей я дружбой очень дорожу,
И все же ты прости нас как-нибудь,
Оправдываться слов не нахожу.
Вениамин:
И что теперь?
Лёля:
Теперь мы с ним уходим!
Девчонок я, конечно, забираю…
Ремонт квартиры завершила, вроде,
И к дочкам не привык ты, полагаю?
Вениамин:
Я что, не в курсе? А могу спросить
Какой квартиры?
Лёля:
Не в курсАх ты, дА!
Ты ж приезжаешь лишь пары спустить,
А что со мной здесь не твоя беда!
Всё на досуге Сонечка расскажет…
Она всегда тебя здесь очень ждёт…
Оксанка гения теперь уж не отмажет,
А думаю, скорее уведёт.
Давид! Ну, что? Меняем адрес вместе?
Давид:
Наверно, да…
Оксана:
Ну, ни себе фига!
Лёля:
(Оксане и Добрыне)
Любовнички, все за и против взвесьте,
Похоже, тоже предстоят бега!
(Все стоят опешившие таким быстрым развитием событий. Входит с улицы баба Фира.)
Бабушка Фира:
Детей из школы привела я, значит…
Опять Никитка с Жоркой подралИсь
Всё Любочка, вот язва, так подначит,
Что эти сразу в мордобой, держись!
Сейчас остыли, помирились вроде,
Когда я уходила во дворе играли…
(Удивленно на всех смотрит)
А вы чего собрАлись в хороводе,
Как будто бы все в рот воды набрали.
(Всех оглядела, покачала головой)
А-а, поняла,… пошли разборки, здрасьте…
Ну что ж, когда-нибудь должно случиться…
Бразильские разбушевались страсти…
Чтоб не мешать позвольте удалиться…
Но я вас всех люблю, учтите дети.
Лёля:
Мы к Вам бабуля тоже привязались.
Баба Фира:
Да ладно уж, я в детский сад, ждёт Светик…
Всё утрясётся, как бы ни бодались…
Завидую,… где молодые годы?!
(Баба Фира уходит за Светой в детский сад.)
Добрыня:
Мне жалко бабушку.
Соня:
Ты б помолчал, а!
Изменник, кобелиная порода!
Оксана:
Ну, что ж, Добрыня, жизнь начнём сначала!
(Доня пожал плечами и чего пробубнил)
Под нос не мямли, половой гигант,
Бери вон сумки… на толкучку!
(Уходят в комнату Оксаны доодеваться)
Лёля:
(Глядя вслед Оксане)
Верна себе подруга, прёт, как танк.
Соня:
Ну, надо ж, Доня! Вот Оксана штучка!
А мне, что делать, а-а?
(Смотрит на Вениамина)
Вениамин!
(Зарыдала и бросилась к нему, он её обнял)
Вениамин:
Ну, что ты, Сонечка? Не надо убиваться.
Лёля:
Но вот и ты, похоже, не один.
Пойдём, Давид, помалу собираться.
(Идут в комнату Лёли. Вениамин и Соня стоят обнявшись. Гаснет свет)
Картина пятая.
Прошло полгода.
То же кафе. За столиком сидят Соня и Лёля. Перед ними креманки с мороженым. Обе беременные. Входит Оксана в пальто типа балахон.
Соня:
(Кивая на Оксану с возмущением)
А ты зачем её сюда позвАла!
Лёля:
(Обращается к Соне)
Вопросы есть. Их надо обсудить.
