Палач годами делал свое дело,
На плахе головы рубил,
И вот пришлось ему казнить
Для всех людей любимого правителя,
Взойдя на эшафот, сказал владыка тихо,
На плахе головы рубил,
И вот пришлось ему казнить
Для всех людей любимого правителя,
Взойдя на эшафот, сказал владыка тихо,
— Ты не волнуйся, и похлопал по плечу.
Палач, суровый и надменный,
Заплакал, слеза катилась по щеке небритой,
И руки твердым взмахом топора лишили головы
Любимого правителя и мудрого мужчины.
